Игорь Григорьев назвал себя «украинцем-потеряшкой»

Музыкант, былой основной соредактор журнальчика «ОМ» Игорь Григорьев опубликовал воззвание к президенту Украины Владимиру Зеленскому. Григорьев попросил взять его в украинское индигенат и досконально аргументировал, почему считает себя украинцем.

- Пан Зеленский, послушайте, пожалуйста, мою историю. Я родился в Советском Объединении, в котором Россия и Окраина были полноправными частями 1-го страны. Я показался на свет в роддоме мегаполисам Таганрога, в ста километрах от украинской величина. В возрасте трёх суток я был усыновлен семьей с именем на «ко» и перевезен в деревню на берег Миусского лимана в 30 километрах от величина с Украиной.

Все обитатели деревни таскали имена на «ко» и сообщали на суржике - половинка слов автокефальных, половинка российских. Наши земли до 1925-го года умещались в состав Екатеринославской губернии с середкой в теперешнем автокефальном Днепре. Город, Город, Жданов, Артемовск, Юзовка, Луганск, Александровск, Курорт - всё это была одна земля, населенная тьмами, кого тогда называли левобережными малороссами. Во время Всесоюзной переписи 1926-го года переписчикам было велено не вписывать жителей этих мест, как малороссов, это стало оскорбительным, а вписывать или украинцами, или российскими - так, как они сами себя определят. В видах моих родителей - тех, кто меня выкормил - в графе национальность было зафиксировано «российский», хоть и сообщали они на суржике, и имена их были на «ко», и песни за харчем разливались автокефальные, и мама сообщала - «сын, ты ж токо не женись на кацапке, а то куры ногами загребуть». Это непонятно российским, но это она так в шуточку сообщала.

Итак, я - мещанин Российской Федерации и во всех государственных анкетах в графе национальность вынужден строчить - «российский». Но после 24 февраля этого года я не желаю так строчить. Я больше не желаю быть российским.

<…>

Я был благовоспитан, как (хохлачка. Я ощущал себя украинцем всю свою жизнь. Национальность - это а не землеведение. Национальность - это ощущение, самоидентификация. Я знаю, что я - хохлушка). И мне этого довольно, чтобы быть украинцем.

Но я - (хохлачка, потерявшийся между общественно-политическими линиями, к которым не обладаю никакого отношения, рубежами, которые наносили без меня какие-то люди в угоду собственной выгоде или несложной безумии.

Я - (хохлачка-потеряшка. И подобных, как я, много. Так помогите же мне и этаким, как я, опять обретший Отчизну, пространство, какому мы относимся по наиболее сущности собственной.