Глава Universal Music Russia Дмитрий Коннов: "Самая большая проблема российской музыкальной индустрии – полное отсутствие адекватного менеджмента"

- Продолжаете ли вы подписывать русских мастеров в договорах пандемии? Подобных запросов стало больше или менее?

Артисты, посеяв основной родник заработка - выступления, - конечно же, усердствуются компенсировать это за счет нас, подходят с предложениями. Если сообщать о каких-то популярных именах, то теперь мы видим в два раза больше запросов, чем в 2019 году. Мы все знаемся не с актерами, а с менеджерами - и я не устаю сообщать, что самая большущая проблема русской мелодической промышленности – полное неимение соответственного маркетинга. Потому как только мы обретаем артиста с профессиональным и соответственным менеджером, мы этому клерку затеваем присылать еще ребят, не меньше одаренных - чтобы вблизи с ними был кто-то, кто не сходит на сцену, но понимает, что дважды два при любой погоде и пандемии – четыре. Отношения клерка и артиста шибко напоминают супружество: кто-то всегда живет в состоянии разводов и хорошо себя при этом чувствует, а кто-то, заключив первый несчастливый супружество, очень мучается.

- Какие актеры теперь превалируют на лейбле? Не желает ли фирма подписать каких-нибудь фрешменов?

Теперь в нашем ростере больше 100 мастеров. Мы очень много работаем с так именуемым “тру-рэпом” - актерами, которые стараются не “улавливать хайп” или выявлять за счёт численности подписчиков при полном отсутствии слушка и шум, а всё-таки доходить до публики назначенные сообщения. Что касается фрешменов - мы понимаем, что пользователи стриминговых сервисов уже приустали от рэпа, и теперь наиболее известным мелодическим жанром опять стает поп-музыка. Россия – это вообще уругвай осилившей поп-музыки: когда-то она “заседлала” рок, и появился рокапопс; когда-то попса “поженилась” с шансоном - и пальнули пришансоненные поп-звезды. Поп-музыка одолевает потому, что там бал верховодит хит - такая единица, которую, пример, я, человек без слушка и шум, могу петь.

- Как эпидемия коронавируса тронула ваш бизнес?

У мелодической промышленности есть две образующие: это контент, который производим мы, и выступления, которыми берутся иные фирмы. Порядочную долю наших прибыли - больше 70% - составляет реализация контента, остальные 30% доводятся на реализацию музыки на физиологических носителях, рекламу, мерч и пр. Universal Music Russia - стопроцентно числовая фирма, для нас числовая революция уже окончилась - потому и эпидемия на наш бизнес не сделала неблагоприятного влияния. В безотносительных цифрах я могу похвастаться практически сущим исполненьем намерения. Наш материальный год схож с календарным, до все года отделение в 2-3% мы можем нагнать и даже перегнать.

- Сколько в русской мелодической промышленности компаний, которые зарабатывают на контенте в очищенном варианте?

На российском базаре теперь три мэйджора: мы, Sony и Warner. Помимо того, есть бизнес, который очень серьезно поднялся благодаря расцвету музыкального стриминга-это бизнес агрегаторов, арбитров между музыкантами и той наиболее дигитальный платформой, на которой вы сможете слушать их треки. Мы чаем агрегаторов нашими соперниками, но при этом весьма счастливы этому, что их немало - подобные конкуренты не только исповедуют нашу бизнес-модель – модель лейбла - но и обнаруживают актерам калека тех. и адвокатскую помощь по доставке контента на все платформы. Наикрупнейшим игроком на российском базаре представляется Суринам фирма Believe Digital, дальнейший по важности - наверное, российский Национальный числовой агрегатор (НЦА). Есть еще несколько необходимых компаний, но крупная пятерка России – это 3 мейджоров и два агрегатора. Мы заняты несомненно только контентом и искаемся в вовсе ином утверждении, ежели коллеги и друзья, которые обладают ресторанами, или соседи по мелодическому коммерциалу – концертные промоутеры.

- Если приравнивать изготовителей контента и концертных промоутеров, то на кого больше воздействовала эпидемия?

Дело в том, что все русские мурава так или по-другому сопряжены с тем, что в 90-е именовалось продюсерскими середками. Теперь это может быть фирма звукозаписи или что-то ещё, но в черством остатке это люди, которые посвящатся не только в творение контента, как мы, но еще и в творение концертной программы. На Западе это поделено, а в России собрано воедино, и потому наши коллеги очень шибко потерпели от пандемии. Исторически сформировалось так, что годичной заработок от выступлений другого отечественного артиста - не меньше 70%. Это присущно как для великих завсегдатаев Первоначального канала, так и для всех, кто хотя бы 10 минуют продержался на сотом площади BOOMа.

- Как меняется порция заработков, получаемых певцами от стриминга, может ли она уже претендовать с “классических” источниками прибылей?

Она не очень шибко меняется, потому что финансы от стриминга, с одной стороны, произрастают, а с иной стороны - они вырастают только для 1-го процента лицедеев, и так во всём мире. Треки и актеры, которые всегда занимают в чартах верхние 20-40 площадей, залежут до 90% денег. Хотя соотношения, конечно, смогут быть не подобными драматичными и изменяться от державы к стране. Пример, артист может приобретать за один концерт 300 или даже 600 тыс. руб.. Сколько ему необходимо настримить и положить в продвижение, чтобы получать сходную сумму в сети? Припомню, что помесячная обещание на стриминговый служба для юзера - 169 руб., и она содержит 20% НДС и комиссию торговца.

- Насколько веска разница в контенте стриминговых сервисов?

Цена подписки никак не сопряжена с размером употребления, так что юзеру нет толка одновременно расписываться на Apple Music, Deezer, Spotify и Boom. Контент всюду равен, за исключением необыкновенных эксклюзивов, которые смогут быть двух месяцов приемлемы только на одном из сервисов. Люди избирают ту или другую платформу, исходя из ее узкопотребительских свойств: кому-то важна свежая музыка, кому-то главны советы. Для всё наибольшего численности людей в возрасте 30+ стриминг меняете радио, потому что там нет рекламы, но есть излюбленные песни.

Иногда люди не разумеют, что между раскладом аудио- и видеостримингов есть великая разница: видеостриминги бьются за эксклюзив, а сладкоголосим сервисам важна максимально пространная подача контента.

- В чём заключается особенность выхода Spotify на российский рынок?

Во всём мире Spotify – наш компаньон номер один, как и у всех лейблов. Позиции обслуживания приблизительно одинаковы на территории престарелой Европы и Америки, но в России рынок стриминга уникален. Во-первых, у нас есть свои сладкоголосие стриминговые сервисы: Yandex, Boom и ZvooQ, заработавшие в 2019 году больше 50% речения рынка. Второстепенная особенность сопряжена с тем, что Spotify для западного человека представляется синонимом слова “стриминг”: в России по-минувшему заезжают на джипах, сооружают ксерокопии и покупают ребятам памперсы - буквально так же есть и английский аргонизм I’m spoty, что можно перевести как “я постримил”. То, что Spotify подошел в Россию заключительным из огромных игроков - тоже поставленная особенность. Думаю, коллегам будет несомненно запутанно, но это увлекательный челлендж. Они очень много вбухивали в повесть о том, что эдакое стриминг, ещё когда люди в наилучшем случае болтали что-либо в ITunes. Стриминг - это свежая выкройка употребления. Поглядим, что будет далее.

- Первоначальные чарты на Spotify показали, что там подчиняются приблизительно то же, что и на иных платформах. Почему?

Есть определённая желание: когда стриминг подходит на рынок, сначала им занимится наиболее деятельная аудитория – тинейджеры и студенты, отседова - равные чарты. Вспомните, сколько прослушивали музыку вы сами, когда вам было 15, 30 и 45. В 15 лет вы могли безмятежно внимать свой излюбленный трек в плеере десяток раз подряд, и вам доставалось там на что-то налегать - а теперь вы сможете окольцевать свою любимую мелодию, и она у вас будет резать всегда. Теперь приметно свалился энтузиазм к альбомам. Он есть, но люди, которые живут в инстаграмах и тиктоках, не в состоянии долго сгущать свое внимание на чем-то одном. Почитать роман для них - это увесистая деяния, и точно так же они не будут внимать альбом на полтора часу. Формат теперешнего альбома уже сжался до 8 треков, а 7 треков и менее - это подобной “недоальбом”, который именуется EP. Народам желается брать несложную, тесную и удобопонятную данные: тут плясим, тут плачем.

- Вытечет ли ждать каких-то ценовых браней между сервисами? Может быть, это тот случай, когда будет какое-то равновесное предложение?

Теперь есть равновесное предложение. Если вы направьте внимание, то огромная часть суждений скручивается вокруг фонды в 169 руб. в месяц за так именуемую целую подписку. Главные борьбы проводятся скорее в области формирования пакетов услуг, где уговаривание на музыку представляется долею чего-то огромного. Вот коллеги из “Яндекса” метнули несчастный “Yandex.Плюс”, который заключает в себя доставку еды, такси, музыку и прочие сервисы. Очутилось, что это особенность советского рынка и что Россия чуток ли не первоначальная уругвай в мире, изобразившая рост подписчиков музыкального обслуживания, который интегрирован именно в эдакое составление он-лайн-заказа и телесного продукта. В этом идеи российский стриминговый рынок и веб-рынок демонстрируют себя со всех наилучших краев.

Александр Тихонов по тканям видеоинтервью Кирилла Токарева на РБК-ТВ