Сергей Жуков: «Вы бы видели, что творят взрослые мужики во время наших выступлений»

О 90-Х

— В 90-х вообще никто не заглядывал в будущее, максимум — на год вперед. Другой бизнес: ларек, магазин, мелодические группы — облагался разбойничей данью, можно было не пробудиться в одну идеал утро. И у нас, очевидно, абсолютно сразу была «крыша». Ребятки говорили нам открытым словом, что переломают руки-ноги, если, не дай бог, мы чего-нибудь отчебучим без дозволения. Или хоть один дурное мнение скажем о нашем продюсере Андрее. В общем, время было интересненькое и загадывать, что нас поджидает перед, было просто глупо.

О «КРЫШЕ» ГРУППЫ «РУКИ Вгору»

— Продюсер созванивался с какой-то назначенной сортировкой, так нарекаемой «кровом», о охране от других злодеев. И если те внезапно прибывали спрашивать «налог», их просто посылали к «собственным» браткам: пускай созваниваются — нас не касается. Мы с Шураой обитали тогда в Бирюлево, снимали «однушку». Прикрывали нас автохтонные же, из популярной ореховской группировки. До времени до времени мы не ведали, как эти мелюзга глядят.

О ТОМ, КАК ВЫРВАЛИСЬ ИЗ КАБАЛЫ

— Мудрено. Мы сами просили посодействовать. Через два года, в 1999-м, после новых гастролей прямо у трапа самолета нас натолкнулись «бойцы» и отвезли под охраной в гостиницу «Малороссия». «Личины-шоу», броневик, многооруженные люди — все как положено. Нас закрыли в люксе на цокольном этаже, придвинули охрану и произнесли, что просто так вы, мелкота, в беглое поездка не смотаетесь. Будут терки, за вас все постановят. Но чтобы вы сохранились в жизненных, вытечет разрешить вопрос «по протоколу», как положено... Мы с Шураой отослали собственных дорогих и членов команды ниже от Столицы и четыре дня не оставляли номер.

О «ПОНЯТИЯХ»

- Можно сколько угодно сообщать о 90-х, но видите ли, были «определения». По-другому разговаривая, «аристократические договора», пускай и преступные. Мнение улаживало все. Если заверяли, что с тобой ничего не будет, можно было больше не волноваться.

В тот день решено было вот что: мы отрабатываем пятьдесят выступлений, вся прибыль отходит продюсеру. И расходимся, при этом Разлука никто никак не аннотирует. Но этот человек сделал оплошность, и его просчет стал нашим козырем. После того как мы запрятаться в отелю, он на нервишках собрал пресс-конференцию и сообщил, какие Жуков с Потехиным жуткие гады, его кинули. Все продюсеры обязаны нас беречься. Следом вышла статья в вульгарной золотой газетке, где он нас самих и наши семьи обижал так, что в порядочном издании невозможно подтвердить. По разбойничим представлениям «Руки вгору» стали потерпевшей стороной, так невозможно себя водить. Мы, очевидно, востребовали прощений.

Надлежащие три месяца, хотя ни гроши не получали, провели в эйфории. Передом виднела воля: осталось 20 5 выступлений, 20, 10, все, последний! Игра!

Расквитались и стали работать на самих себя. Материально стало очень легче. До этого, давая по полсотне выступлений в месяц, мы существовали относительно скромно. Бесконечно экономили, отсрачивали, силились запастись. А тут, минуя дословно неудовлетворительно месяцев, я купил новый автомобиль и следом квартиру.

О ВСТРЕЧЕ С Былым ПРОДЮСЕРОМ

— Года три назад я выносил из Шереметьево и на паспортном контроле через несколько человек вперед увидел его. С момента нашей заключительной встречи на той лично разборке миновали долгие годы, мы не контактировали. На его нападки в прессе и неосновательные нарекания черт-те в чем я никак не отвечал. А зачем? Тем больше что никто из поверенных СМИ не удосужился устремиться к нам за комментами, чтобы хотя бы слушать второстепенную сторону. Мы поражались: ну для чего взрослый человек разводит глупые сплетни? «Руки вгору» — одна из нескольких отечественных компаний, вообще никак и вничью не испятнанных. Мы не вовровали музыку, не напивались, не ссаживали выступления, не болели звездной хворью. Светлые наивные мишки!

Поскольку разговора с Андреем не случилось, меня не оставляло эмоция неудовлетворенности. Психологи именуют таковое положение неполным гештальтом, когда не поставлена финальная крапинка. Много лет подряд этот форма никак не прикрывался, периодически я упоминал то наиболее продюсера, то его к нам отношение... И характер сохранился какой-никаким-то антагонистическим, правдиво разговаривая.

Так вот, в аэропорту, нежданно для наиболее себя, я внезапно пришел к нему и простерел ручку: «Привет». И в этот миг снутри оплеснуло морозом. Он обратился и смотрел так, словно увидел призрак. Длинно не осмеливаться пожать мне лапу, потом все же это сделал. Мы не говорили, но стало легко.

На следующий день в соцсети я разобрал его пост о том, что все свершают ляпсуса, но надо оставаться людьми и он рад нашей неожиданной встрече и рукопожатию — что-то в этом атмосфере. Я написал в комменты, что да, я тоже рад. Гештальт захлопнулся.

ОБ Бегстве АЛЕКСЕЯ ПОТЕХИНА ИЗ ГРУППЫ

- В половине свежих в команде произошли конфигурации, ушел в сольное дорога Алексей. Разлука вышло жеваным. В графиках было одним, но вышло по-другому. Мы желали поставить красивую финальную точку, даже начали стряпаться концерт под болтающим наименованием «Конец легенды», вся Москва была обвешена афишами. Но что-то пошло не так, я уже забыл причину, и мы просто разошлись.

За плохо лет до этого я уже выпускал сольные альбомы — под именованием Сергея Жукова вышли «Территория» и «Нежность». Делался старше, желательно великовозрастных лиричных текстов. В те годы песен сочинялось невероятно много, а «Руки вгору» издавали, скажем, дюжина в год. Куда подевать прочие?

Наверное, Алексей не хотел ретироваться, потому мы и не приятельствуем как ранее, когда были не разлей вода. Контакт, безусловно, есть — созвоны в дни рождения и по великим праздничкам.

К моменту расставания мы были как сиамские близнецы — любой ведал, что теперь произнесет иной, как отреагирует, приколется. Это завязало точки, когда люди вместе просто потому, что обвыклись. Мы перестали друг друга подпитывать, ликовать, изумлять.

Артисты нашей группы были за меня. Все соображали, что вклад Леши мал — он не продюсировал, не режиссировал, не пел вместе со меньшей. Он резал на клавишных. А мне желалось иметь вблизи такового же безумного, как я сам: «Есть мысль! Сверх! И еще одна, и еще! Давай, бросим!» Хотя в итоге я не сделал подобного же, продолжил в одиночестве.

О Моментах Репутации ГРУППЫ В НАШИ ДНИ

- Мы дарим сердечную ностальгию по этому, что никогда не вернется к всякому из нас, — по молодость, юности. Среди наших почитателей много клерков крупных компаний, начальников, хозяев большего и посредственного бизнеса. На занятию эти мужчины и девушки — Иваны Петровичи и Елены Михайловны. Они носят дорогие костюмы, часы, украшения, подписывают многомиллионные договоры золотыми ручками. Но после работы уже никакущие. Сил нет... А так желается возвратиться в прошедшее, присесть в престарелую тонированную «девятку», открыть окна, вникнуть «Ну где же вы, девчонки» и пролететь по городку!

А еще Иванам Петровичам очень желается накопить целую авто этих самых девочек и пацанов, навезти их на туз, выложить пикничок, выставить на трава-мураву колонки, плясать и тянуть вино, не мысля о завтрашнем дне. Но все эти мечтания уже недосягаемы, вереница ушел.

Потому Иван Петр с Еленой Михайловной покупают билеты на наш концерт, забывают дома недешевую одежу, доводят на танцпол и отрываются так, словно им вновь 20. Вы бы видели, что творят большие мужики во время наших отчетов. В этот момент их лучше не трогать!

Затем Иван Петр катит домой, и опять это директор, отец крупного семьи. «Руки Вверх!» для него — маленькая машина времени.

О ХЕЙТЕРАХ

— Хейтеры были, есть и будут. Когда мы приступали, сладкоголосих газет было немного, зато писали о нас постоянно. Именовали, пример, колхозной категорией, целой деградацией. Но чтобы об этом нехорошем отклике разузнать, надо было журнальчик приобрести. Теперь же, в нашем высокоскоростном сегодняшнем мире, дословно любой может высказаться и это будет услышано.

О ФАНАТКАХ

- Обнаружу один забавный тайна. Когда нам было по 20, резал панкреозимин и желалось целиком мир, нашим почитательницам было лет по десяток-двунадесять. Сходил на сцену и видел в зале детей с косичками. А когда они выросли и оборотились в красавиц, я уже был женат. Поглядите на мою Регину! Кто от подобной девушки попытается гулять?

У ранешних «Руки вгору» есть песня «Киска-влюбленность», а в ней подобные слова: «Останься дома у меня, походим голышом с тобою». И я единожды со сцены по дурости рявкнуть: «Кому горячо? Напоминим голышом». И целиком первый ряд — девчонки-дети — скинули майки. Я напугался: «Нет! Нет! Оденьтесь!» А они развеселились, мотают «тряпочками» — э-ге-ге! Ужас ужасный... Это теперь смешно вспоминать, а тогда я разнервничался и никогда больше похожего не воспроизводил.

(Алла Занимонец, «Караван историй», 12.05.21)