Суд Пенсильвании освободил Билла Косби, обвиненного в сексуальном насилии

Комик Билл Косби вернулся домой после больше чем двух лет казематного заключения по нареканьям в сексапильном насилии. Соответствующее заключение вытерпел суд в Пенсильвании (штат Город), отменив раньше выставленный вердикт, согласно которому 83-летний комик обязан был сохраниться в кутузке еще 8 лет.

По мнению свида, Косби было бездоказательно отказано в правом тяжебном разбирательстве, а вердикт в 2018 году был выброшен с нарушениями закона. В частности, тогда судья базировался на свидетельства Косби и других очевидцев по закрытому занятию, в рамках которого артист помогал со последствием в обмен на прекращение криминального гонения. Хотя на фоне оживления движения #MeToo гособвинитель решился, что он не связан с Косби безличными договоренностями и выдержал нарекание недавно до истечения времени давности по посте. Постановление свида Пенсильвании также запрещает повторное анализ состояние.

В своем твиттере артист после вынесения приговора поблагодарил всех, кто его удерживал.

- Я никогда не обменивал ни свою позицию, ни свою историю. Я всегда настаивал на собственной невиновности. Благодарю всем, кто удерживал меня все это время, - написал он.

В свою очередь весть об освобождении Косби вызвало волнение негодования среди последователей #MeToo, которые рухнули с критикой как на суд, так и на комика.

- Я в бешенстве, после того как услышала эту весть, - заявила актриса Эмбер Тэмблин, присоединив, что собственно знала тех, кто подвергался силу со стороны Косби.

- Вот почему девушки не излагают о насилии, - заявила журналист Э.Дух Кэррол, раньше обвинившая экс-президента США Дональда Трампа в сексапильных домогательствах.

Андреа Констанд, свидетельства которой и были разрешающими в деле Косби, наименовала заключение свида «разочаровывающим», приобщив, что этот прецедент может «отговорить тех, кто домогится верности в отношении сексуального насилия в системе криминального правосудия, от сообщения или роли в тяжебном гонении атаковавшего или может заставить жертву избирать между лихорадочностью криминального или гражданского иска».