Гарик Сукачев: «Мы всю жизнь занимались поэзией и многое писали в стол»

О «ВОСПЕВАНИИ МОСКВЫ» В ПРОЕКТЕ «БОЦМАН И Побродяга»

- Начнем с того, что никто не брался ничего прославлять и в первом «Боцмане и Обездоленному». Когда в 1995 году вышла первоначальная часть, спецэффект от нее был шоком и для Скляра, и для меня. Мы были крайне удивлены. А и я, и Алексей были тогда в твердых рамках стиля. Мы были те наиболее нещадные рокеры. Но мы всю жизнь воспламенялись версификацией и значительное писали в стол. Мы соображали, что это не рок. И внезапно это наподдало, обернувшись в самое необходимое явление 1995–1996 лет.

О ПЕСНЕ «И Опять МАЙ МЕСЯЦ»

- Эту песню написал Александр Скляр, и она меня небывало тронула. Вообще проект сделал много открытий. Скажем, Алеша Димитриевич. Его никто не ведал. Это теперь все орут: «Ой, мы ведали Алешу Димитриевича». А я вот всю жизнь дружу и режу с цыганами. И даже сами цыгане не ведали, кто такой Димитриевич. Владели право. Потому что он никогда не жил в России. Он всю жизнь протянул в Аргентине. Но и его песни, и песни Скляра, и мои песни в рамках альбома явились очень созвучны. Теперь деяния очень похожа.

О ПРЕЕМСТВЕННОСТИ 2-ух Долей «БОЦМАНА И Обездоленные»

- Преемственность здесь охватывается в несколько больше совершенною штуке. Это песни, которые мы обожали всю жизнь и никогда не размышляли, что мы их споем-сразимся. И вот сейчас, через 26 лет, снова произошло это случай! Но оно уже несколько иное. Оно же не может быть равным два раза. Стрелка вышла, и вы можете поспорить первоначальную и 2-ой, и, я думаю, вы отдельные пассии испытаете. Потому что в этом есть еще и время. Эти 26 закончившихся между долями 2 близких приятелей лет. Это замечательно.

О ГЛАВНЫХ Задачах РУССКОГО РОКА

- Наиболее основная проблема советского рока сейчас в том, что у него нет свежей волнение. Мы же с вами видали наиболее ругательную волнение, когда подоспели Земфира, "Мумий Тролль", "Сплин", "Ленинград" и там целая созвездие, я всех и не назову. Они возникли на самом сломе 90-х и в начале 2000-х. Это было изумительное перемещение красивых новоиспеченных увлекательных авторов. А теперь этого нет. Это наиболее основная проблема. Безусловно, хочется свежей зыби, newwave. Тем больше я теперь ведаю, что вновь… Хотя что я там ведаю… «из окошка собственного персонального машины»? Как в гайдаевской «Лавровой пленнице». Какая-то свежая мода, безусловно, есть. Появляются рок-группы. Ребята стали резать на приборах. Надеюсь, что снова покажется вал офигенных, очень талантливых дети и девочек. Очень желалось бы. А не случается обойденных поколений. Их априори не есть. Подоспеют новые непримиримые. И будут петь не про средства, не про райончики какие-то и какой-никакую-то белиберду, а про какие-то багаж, которые действительно духовно беспокоят поколение.

ЧТО Беспокоит МОЛОДЕЖЬ

- Лет 20 назад это были менты, наркотики, пистолеты, с иной стороны, это всегда еще и лирика молодых девченок. В ней, в лирике молодых девченок, есть красота, по крайней границе, а в агрессии есть только нападение. А это вовсе не то, что нужно поколению. У них нет Сереги Бодрова. Сообщится только о том, что он снова покажется. Воскресится. Подобной вот Брат. Дружеское эдакое. И вал возникнет. И это случало всегда. Вот чего не хватает, на мой взор. Но вы же разумеете, я вовсе не бываю там, где случается нынешняя молодежь.

(Андрей Казаков, «Вечерняя Москва», 19.10.2021).