Представители музыкальной индустрии рассказали, как выжить без Apple Music и Google Pay

За последний месяц сладкоголосая промышленность претерпела немаловажные конфигурации - уход с рынка огромный трехрублевки иностранных лейблов (Universal Music, Sony Music и Warner Music), притеснение работы Apple Music, Spotify и неосуществимость притягивать рекламу на YouTube. Музыкальные фирмы не одергивают свою активность и пробуют приспособиться к свежей действительности. О том, как это происходит, что ждет креативную экономику и лицедеев, где разыскивать возможности для развития и к чему ввергнет изоляция от Запада, в беседе с журналом IPQuorum рассуждают 3 основных адептов мелодической промышленности.

Дмитрий Коннов, правящий компаньон Zvonko Group и исполнительный директор Zvonko Digital: Обстановка всегда обменивается, и осмыслить ее результаты можно будет только во второстепенный половине мая — начале июня, когда нам настанет доклад от стриминговых сервисов, которые или уходят, или меняют условия монетизации. Теперь наша группа довольно твердо стоит на ногах. На нас никак не исходят показные лимитирования: 95% контента, который мы монетизируем, — русский. Больше того, мы смотрим увеличение энтузиазма со стороны русских артистов, которые ранее воспользовались международными агрегаторами и трудились напрямую без лейбла.

Что будет с покупателями и командой?

— Можно значительно расширить число покупателей. Основное — вести классическую селекцию и соблюсти баланс между обязательствами перед свежими актерами и тьмами, кто уже пользуется нашими предложениями. И артисты, и лейблы избалованы хорошим обслуживанием, потому необходимо не расслабляться, а, напротив, увеличивать уровень. При этом нам главно сберечь и упражнять коллектив всей группы, потому у нас нет безличных ограничений, сопряженных с выплатами возмездий и числом пролетарых часов. Эксперимент пандемии ес нас максимально упругыми.

Что будет со стримингами?

— Дело не в числе стримингов, а в готовности юзеров сделать два никчемных клика для перехода на иной метод оплаты, потому что Apple Pay и Google Pay больше неприступны. Для отечественных сервисов это перенапряжение-задание на благонадежность аудитории. Помимо того, в нашей стране уже больше года приготовляется пуск еще одного стримингового обслуживания, который из-за теперешней ситуации перенесен на 2-ой половину 2022 года.

Что будет с рынком?

— В трудные эпохи прежде всего ужимаются издержки на развлечения, особенно если есть разновидность не платить. YouTube безвозмезден для юзеров, но теперь он не монетизируется, а какой объем рекламы притягивают подобные сервисы, как Yandex, — непонятно. В всяком случае рынок значительно ужаться. Если оценивать его за последние 10 лет, реклама была на ругательном площади по размеру. Пока мы рассчитываем на то, что предки продолжат награждать детей подпиской на музыку за неплохие балла, как и ранее, а взрослые будут менять собственные привычки, как это случилось в пандемию. Тогда выросло число подписчиков 45+, которые постигнули, что стриминг — это комфортно и за первой страничкой, на которой толпа незнакомых лиц и имен, ты отыщешь свою «вечно травяную музыку» (от англ. evergreen music. — Авт.) — рок, джаз и все что угодно. Если стриминговые сервисы в России занимает рост подписчиков, им стоит размышлять об аудитории 30‒50.

Что будет с певцами?

— Кризис — это в том числе и время перспектив. Повыжженного степь нет — одни возможности меняют иные. Вспомянем 2016 год, когда в России практически было осилено сладкоголосее разбой и легализована музыка «ВКонтакте». Приступила работать цифровая система продвижения, на площадке можно было легко внимать и добавлять треки. Сегодня я бы порекомендовал артистам возвращаться к истокам. Не исключено, что, путаясь с комнатой «ВКонтакте», Yappy, «Yandex.Дзен», они смогут приспособиться и рскручиваться. Мы все пережили наиболее долгий месяц в своей жизни, и вперед много неопределенности. Но, думаю, так или иначе, мы справимся.

Александр Кушнир, фельетонист и писатель, творец PR-учреждения «Кушнир продакшн» и фестиваля независимой музыки «Индюшата»:В феврале я был в Екатеринбурге на шоукейс-фестивале New/Open, где обозначало 50 юных групп, избранных экспертным жюри, и у меня были большие вопросы к отбору. Я отметил несколько команд, которые очутили бы нам честь, выступив на «Индюшатах». Было также два-три музыканта с вменяемыми репликами между песнями, но в цельном мелкота просто прихряли наливаться под «минус». Многие сообщат о том, что нынешние лимитированиям остановят развитие русской сцены. Но встреча протекал за десятеро дней до приступила спецоперации. И уже тогда я не видал никакого ренессанса. Мне было очевидно, что всемирная промышленность и наши сцены живут раздельно.

Обозначать или нет — вот в чем вопрос.

— В марте два артиста, с какими мы длинно трудились, обязаны были выступить в "Мумий Существо Music Bar" — на одной из популярных московских площадок. Один из них упразднил концерт, иной собрал небывалую для себя аудиторию. Очень значительное молит от того, как человек себя настраивает. Далее есть два вида: брать какой-никакую-то позицию или посижевать кротко. Пока все в главном следуют второго, и я точно не готов их судить или обсуждать. Для того чтобы сразить на выступлении в Лондоне или в Берлине, как Гребенщиков, Земфира и Оксимирон, необходимо как минимум иметь приоткрытый «шенген» и какие-то накопления.

Как продвигать музыку в новоиспеченных реалиях?

— Делают клубы, можно ретироваться в практику квартирников. За последние недельки очень многие люди самостоятельно друг от друга сказали мне: «Парней, теперь наступили ваши эпохи». При ясном отсутствии таргета и контекстуальной рекламы, при падении энтузиазма к соцсетям все сообщается в шпионский маркетинг, сарафанное радио и к размыканной составе «from mouth to mouth» — «из уст в губа». Наверное, на отдельное время вся промышленность будет отброшена назад в 90-е. Что касается нашей деле, меня это скорее ласкает.

Лучший PR или новые технологии?

— На New Open было большее число лекций и знаток-классов, осведомленных мелодическому продвижению. Все вертелось вокруг стримингов, соцсетей, и я ни разу не услыхал речь «пиар». После одной из подобных лекций, какая мне, кстати, приглянулась, я отозвал водящего в сторону и установил ему очень точные вопросы. Он отозвал: «Ясно, что мы даем люду только локотник от двери. Человек раскрывает ее, а перед ним — ящик Пандоры». Музыкант занимит собственный трек и попадает в пучину с миллионами подобных же треков. Вероятно, пора смотреть на себя и возвращаться к приборам, которые ранее давали достаточно точные последствия. Думаю, теперь — период осмысления для тех, кто на это способен. Я стремлюсь увидать возможности перезагрузить как собственный свой мозг, так и коллективный мозг мой учреждения.

Андрей Клюкин (на фото), ведущий продюсер фестиваля «Неистовая растение»:Несмотря на все трудности, летний встреча «Необузданная растение» состоится. Безусловно, у меня были колебания — провождать ли его в сформировавшейся ситуации, и вопрос был не в концепции события, а в этично-моральном выборе, с которым, мне представляется, повстречался любой человек художества и культуры. Все стало очень заостреннее и больнее. Основное теперь — договориться с самим собой и сделать подбор по сердечку. В моем случае это было три недельки невообразимых метаний, когда я изменял свое решение по два раза в день. Так продлилось до тех пор, пока волею судеб не очутился в Всадник-Удэ в дацане и не побеседовал с ламой, который дословно многыми словами ставил все в моей голове по полочкам. Он сказал: «Скверные состояние создают без пауз и weekend-е. Так почему необходимо закончить сделать превосходные?» Я принял его совет и, возвратившись в Москву, провозгласил о своем плане возобновлять.

Вероятно ли в музыке импортозамещение?

— Экая закономерность не трудится, и упражнять ее даже вредоносно. Чтобы звучно о себе декларировать, необходимо иметь талант, располагать вещью и быть трудоспособным. Безгранично репетировать, разыскивать себя, оттачивать слог. От того, что Land Rover ушел из России, «Лада» лучше не стала. Есть ли у «Лады» шанс стать лучше? Безусловно. Но для этого надобен не уход Land Rover, а специалисты, оснащение и дизайнеры. Помимо того, за заключительное время в нашей стране возникло большее число артистов, которые с эфирностью претендуют по размеру аудитории с западными актерами. Пример, Баста берет залы, которые возвысят, пожалуй, только Depeche Mode и Metallica. А на выступлениях The Hatters в два раза больше зрителей, чем у мои излюбленного Jack White. Тут так: «Нормально делай — хорошо будет». А методика «На безрыбица и рак преступник» — для несчастливцев.

Какие приборы будут работать?

— За заключительное время ничего не поменялось: веб как был, так и остался. Ну да, засекретили Facebook и TikTok. Значит, главными приборами встанут VK и «VK Клипы». Но очень главно соображать, что при мнимой перенасыщенности музыкального рынка он невообразимо беден на ясных мастеров, и, как только они появляются, промышленность впивается в них, как клерк в пятничное пивко.

Какие смены ожидают концертных промоутеров?

— Мы смотрим переходный период — рынок обменивается прямо теперь. Переписываются расписания площадок, потому что ушел целый рычаг промышленности, который был сооружен на привозах западных актеров. Знание выстраивать отношения с европейскими букерами определяло успех и признание компаний. Дальнейший условие — ментальная переселение. Россию оставляют музыканты, которые не готовы взять выработавшуюся действительность: им не уютно, им не хватает независимости самовыражения, да просто они не ведают тут собственного грядущего. Собственно мне очень ничтожно, что так происходит, но я с почтением отношусь к их избранию: жить надо по сердечку.

К чему приведут лимитированиям работы стримингов?

— Вопрос не в продвижении, а в коммерциале. Я не думаю, что хоть у кого-то пока есть рецензия. С истоком работы Spotify артисты стали проще выходить бардовское возмездие за свою музыку. Некоторыми словами, создатель мог получать собственным талантом. И собственно меня невообразимо раздражает полемика вокруг мыслимого нарушения принципа интеллектуальной принадлежности. На мой взгляд, это преступление. Я понимаю, что дискуссия вокруг легализации торрентов носит страстный нрав, но нельзя же назло Netflix погубить русских авторов. Кстати, тут — почтение RuTracker, который отказался участвовать в этом процессе.

(Наталья Малахова, ipquorum.ru, 14.04.22)