Александра Сокурова не пустили в Милан

Александр Сокуров не сумел угодить на конференцию в Любимый. Его авто стали на рубежу с Финляндией, русская погранслужба ждала режиссера несколько часов без объяснений на улице (и он опоздал на плавание из Город в Город), а потом отказала в выезде, сошлавшись на запрещение премьер-министра Михаила Мишустина. Возвратившись в Санкт-Петербург, режиссер написал высказывание в комиссию Совета по правам человека при президенте РФ (Сокуров представляется членом этого совета).

Об этом происшествии составила в соцсетях обозревательница Ксения Ларина, какая также процитировала практически абсолютно высказывание Сокурова, окружающее в ее постановлении.

- Шеф замены в утюженной фигуре и привлекательной фуражке возница перед нами, как из-под земли, как раз тогда, когда стало светло, что наш италийский самолетик в аэропорту Столица уже усаживал пассажиров и приготовлялся пролететь¸- говорится в эпистоле - Он, шеф замены, не выглядывая в глаза, пробовался порассказать нам, что против мой отъезда приказ друга Мишустина, который таким, как я, воспрещает переходить предел. Я никогда не видел Мишустина заживо, я с ним никогда не встречался, откуда у Мишустина таковое недоверие и ненависть ко мне, не мог постигнуть. Ответа на вопрос о обстоятельствах длительного надежды на асфальте перрона данной странноватой погранзаставы я не получил. Приятель шеф замены в фуражке вновь стремился скрыться, я же был принуждён уже просто прикрикнуть ему вослед: безотлагательно возвращайте меня в Россию. Потому что у меня, люду в возрасте 71 года, торчать, опираясь на палку, уже не было сил.

Сокуров сообщил, что позже по телефону узнал от служащих миланской конференции, что они какой-никаким-то чудом отыскали телефон данной погранзаставы, позвонили тама, но на погранзаставе никто не мог сообщать по-английски и пограничники не соображали, что иностранцы желают от них, работников ФСБ.

- Итальянцы отыскали российского переводчика, - черкает она. - И тут они услыхали, что наши паспорта «отштампованы» и мы типо можем ездить... Но только не прояснели, куда именно мы с моим сотрудником можем ездить… А мы раскручивались и оставляли это мрачное пространство под надлежащим именем «Торфяновка»…