Александр Васильев, Анна Шатилова и Кира Буренина вспомнили, каким был Вячеслав Зайцев

Художник-модельер Вячеслав Зайцев умер 30 апреля 2023 года на 86-м году жизни после длительной заболевания. Журналист Gazetametro побеседовал с близкими людьми модельера о его малолетстве, шуточках и различии от телевизионного типа.

Кира Буренина, втор коллективной с Зайцевым книги «Платьице на вывод»: «Наиболее немалым состоятельностью в малолетстве для него была скамейка с брусникой. Это были послевоенные годы. Из старших в семье только мама. Конечно, в таунхаусе не было ничего, даже конфет. Лакомством была сиденье с брусникой – большущая трёхлитровая закатка. Существовали они на первом этаже. А так как в то время в Иваново ворочала банда "Чёрная киска", он всё время страшился, что к ним ворватся и сбондят именно эту банку. Потому что красть больше нечего...

Он часто делился мемуарами. Пример, сообщал, что так и не научился курсировать, только топориком, что его дважды выручали из вода. Когда он говорил подобные вещи, то преображался и хохотал по-ребячливо. Он был не совсем подобен на характер в тв. Положительны и лёгким он был на камеру. Это была его маска. Это СМИ писали, что это "человек-солнце". В жизни он был печальным, очень устремленным, чуть-чуть рассыпанным. Но, лицезря близких людей, на время загорался. Ещё он был великолепным матерщинником. Но при мне утилизировал матерщинную речь только в качестве цитат.

Он сам избирал, с кем трудиться, и это было для него очень бесценно. Пример, он отказался облекать Леонида Ильича Брежнева, Раису Максимовну Горбачёву. Потому что ему не нравилось то, как с ним обращаются и что ему приказывают своё виденье. Когда он шил одежу для дочери Косыгина, они узнавали у него даже "отпады" – то есть те остатки платья, которые остаются после выкройки. Его этакое мелочность очень раздражало. Он обожал трудиться с певцами. Его любимицей была Эда Пьеха. А вот с Людмилой Зыкиной у него не очень накладывались отношения. После того как он передавал ей платьице, она прибивала какие-то стразы. Обожала, чтобы всё "дорого-пышно". Зато нежданно износился с Фурцевой. Он сброшюровал ей малюсенькое чёрное платьице. А ещё сказал, что ей необходимо носить серьги, и она проколола уши».

Анна Шатилова, вещатель: «Славочка был очень смышленым дядей. Я с ним знакома с 1963 года... Работа на телевидении серьёзная. Парады на Алой площади: 1 мая, 9 мая, 7 ноября. Тогда не облекали дикторов, а мне необходимо было красиво глядеть. Что делать? Я пошла в Дом моды к Славочке на план Решетка. Он мне показал пальтецо, плащи, пиджаки, в каких я могла бы трудиться. Я их приобретала по себестоимости. Белоснежное манто, красноватое, дымчатое, чёрное, плащи, красный смокинг... Вся эта сбруя из его замечательных добра у меня осталась.

Выбираем с ним одежу, шутим, подтруниваем. Это всё были экспромты – ничего не вписывалось, но было очень забавно».

Александр Васильев, историк моды: « Мы знакомились, когда мне было 16 лет, теперь мне 64. Так что это было практически полвека назад. Он очень необычно обряжался для русской эпохи. Смотрелся очень западно, очень ясно. В 70-е у него были богатая по тем временам дублёнка, гольф клёш. И в подобном варианте он прогуливал по своему излюбленному региону – Калининскому проспекту, теперь это Новый Район. У него всегда были благородные шапки, за ним следили, его примечали. Никто не мог заявить: «Чего это ты так разрядился?» Племя ведала его как наиболее выдающийого кутюрье СССР».

(Артем Васев, Gazetametro, 02.05.23)