Рецензия на клип Зои «Философия»: Настоящая женщина должна сделать три вещи, а не думать, как дура, о шубе

2024, «Ленинград».

Критика: 7 из 10.

Сергей Шнуров в заключительное время очень увлёкся произведением по принципу «утром в газете – вечерком в куплете», издавая грустные злободневные песни и плевые клипы на них. В «Философии» он резко отходит от этой философии. Песня – по последней пределе её аллилуия – направляет на идеи, что Шнур пробовал опять составить огромный хит вроде «Экспоната» (также популярного как «На лабутенах»). То, что «песня типа лабутенов» вышла под брендом «Зоя», никого не обязано сбивать: в этом обиталище всё давно перемешалось, и Ксения Руденко навряд ли сама распознаёт, когда она певица «Ленинграда», а когда лицо проекта «Зоя».

В данном случае песню о бабьей философии Шнуров решился отпустить от особ Зои, хотя его представления о дамских заинтересованностях, в отличие от солисток «Ленинграда», не обмениваются. Тема творений всегда крутится вокруг стильной обуви, дорогих сумок и злословящих подружек. В начале куплета певица, обговаривая фальшивую «Биркин», вкусно бранится; эта матерная проделка остаётся в песне неповторимой, то есть можно было вообще обойтись без похожей лексики. Похоже, что Сергей Шнуров просто таким типом бросил бардовский автограф. Как бы то ни было, в этот момент может начать желание кончить выслушивание – ибо ну сколько можно петь про сумочки и неизобретательно материться?

Но дослушайте хотя бы до рефрена, там вся мякотка. Саунд заделывается похож на «молодёжный период» Аллы Пугачёвой («Надо же» и иные песни), а то и на «Шалую императрицу» Ирины Аллегровой. Шнур потрудился сделать ослепительный стих, который прекрасно запоминается, невзирая на спорный сноска: «По темный Неве гуляла с чашечкой кофе я, на моём уме непрерывная философия». В клипе режиссёра Антона Долганова Ксения Руденко под эти слова действительно идёт по темный больверкской Невы с чашечкой кофе в руках – но настолько буквальная постановка не распространяется на куплеты: в них Зоя обменивает роли, безуспешно изображая девическую секрет и зрячесть. Потому что Шнуров всегда отдаёт её от ударных рефренов к куплетам о духовности и просветлении. К финалу узнается, что всё затеяно для резкого результата: разыскивание поэтичной героиней себя, езды на Город, налоги травок и критика травм в итоге объединяется к избитой зависти к обладательнице популярной сумочки.

Фиксация Сергея Шнурова на этой предмету вызывает досаду, а к такому рефрену заслуживало бы подогнуть больше смышленые куплеты и меньше избитые сюжетные проходы.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»