Александр Старостин написал книгу-ребус «Никакая волна» о питерском роке и шоу-бизнесе

Роман «Безличная вал» Александра Старостина получился в издательстве АСТ, в серии «Петроградские истории». Создатель - живописец, фельетонист (былой редактор журнальчика Fuzz) и учредитель группы Theodor Bastard (он же Федор Сволочь), для которого это дебют в литературе.

- Книга основана на реалиях шоу-бизнеса и журнальной промышленности нулевых, в ней есть и ведаемые герои, и личные драмы, и розыск себя в творчестве, симпатии и нечётких стандартах медиапространства, где скручиваются средства, амбиции, ложь и желание эпизода, - передается в пресс-релизе. - Звездные имена и неизвестный основной богатыой, модный лейбл против раскрытою Сети, истерика против медитации, захват против справедливости, верность против наглости — все это «Безличная вал».

В рецензии на роман газета «Коммерсантъ» соотнесла его с книжкой «Адамантовый мой венец» Валентина Катаева, где под именами выведены его современники – литераторы начала XX века. В предисловии Александр Старостин признает, что много героев не имеют реалистичных первообразов, являясь типизированными типами. Непросто, хотя, не отгадать, кто исчежется за неестественными именами Глафира, Лягушенко, Жгутов и Борис Борисович Расческин, а также за выдуманными брендами — радиостанция «Ваше радио», журнальчик «Ровесник» и группа «Театр». Хотя многие ребусы отгадать, возможно, сумеют только читатели, которые пристально наблюдали за метаморфозами мелодической и глянцевой прессы начала века — и тьмами, что были вызваны вселенской цифровизацией, и тьмами, что были продиктованы финансовым упадком.

- Этот роман был нацарапан мною больше пятнадцати лет назад, - сообщает Старостин. - В то время он стал общим экспериментом моей службы редактором в одном из древнейших музыкальных изданий и суммой ощущений от работы с начинающими музыкантами и рекорд-лейблами. А еще, безусловно, интимной историей одной бесталанной симпатии. Имена всех работающих лиц были изменены не только из моральных уразумений, но и потому, что много из них не имеют истинных прообразов, являясь типизированными типами. Потому данный стенограмма главно принимать как художественный выдумка, только вдохновленный биографическим веществом.

Создатель пояснил также, почему разрешился напечатать свою книжку только сейчас:

- Прежде всего, меня смущало, что лектор может завязать идентифицировать меня с тем неприглядным персонажем, который очерчен на этих страничках. Будучи великовозрастным дядей, отцом популярной мелодической группы, выступающей в филармониях и театрах по всему миру, я был, безусловно, не рад подобной возможности. Только позднее я постигнул, что это не больше чем хотение сберечь общественный характер наиболее себя, который выдуманный богатыой навряд ли мог бы разрушить. Другой обстоятельством был обольщение вместе со собственным уже совершеннолетным пробой вторгнуться в источник и завязать отбеливать его в угоду политкорректности, вырезая откровенные и подозрительные сцены. Я рад, что вовремя отрешился от данной идеи. Подвергнув роман самоцензуре, выучив богатыря больше привлекательным, я бы убил рассказ, обратив его в слабый фарс.

«ИнтерМедиа» напоминает, что в день памяти Виктора Цоя «Рен-ТВ» представит концерт возрожденной группы «Кино» и фильм «Игла».