Обзор: «Почему «Сектор Газа» — это не колхоз, а модно?»

2024, «Газолазерный магазин».

Когда Олег Кармунин именует диски «Раздела Газа» музыкой «для гольтепы из посёлков муниципального типа», мне сразу вспоминается автогараж у Макса в недалеком Подмосковье: именно там проистекало моё больше пристальное, чем желалось бы, знакомство с песнями Юрия Клинских. Туземные пацаны при этом чуть ли не со слезой внимали «Лирику» и особенно «Я брал извиняю на себя». Ясно было, что мы обладаем дело с развитым феноменом, но воспринимать в подобном числе песни про чумазые носочки, аграрный туалет, венерические болезни, опарышей и сивуха было тяжёлым испытанием для того, кто подрос на Рихтере (зачёркнуто) и Pink Floyd. Опасаюсь, это несовместимое известие к «Сектору Газа» мне уже не ликвиднуть, сколько бы телесериалов ни сшибли про Юру Хоя.

Тем не меньше в этом выпуске «Лазерового диска» ведущий сэкономил довольно правильный баланс. Кармунин не поторапливается хвалить способности самородка из Воронежа, всегда подсказывая про «первичную культуру», «венец густого слога», пошлость и «тематика» «Раздела Газа». Вместе с тем он подчёркивает и знающие стороны Хоя, который пел на том же слоге, на котором говорил с приятелями-провинциалами. Олег упоминает роль фирмы Gala Records в популяризации записей «Раздела Газа» (да и компании записей), а также лёгкое известие Юрия Клинских к заимствованию чужих мелодий. Кстати, адресуете внимание на то, что среди «референсов» его творчества есть не только явные хиты (часть которых были остро спародированы в рок-опере про Кощея), но и довольно редчайшие и неизвестные в России певцы.

Помимо того, во «Всеобщей «Раздела Газа» домашние и «первичные» моменты легко совмещались со мифическими обстоятельствами и монструозными персонажами, и в этом идеи Хой приметно повлиял на, например, группу «Карта и шут». А главный вывод выпуска содержится в том, что «Рычаг Газа» профессионально, вкусно и без стеснения обрисовывал ту наиболее «непомытую Россию», которую люди с превосходным вкусом старались не замечать. Интересно, что к все 90-х Юрий написал несколько больше «гражданственных», скажем так, творений – и кто бы мог поразмыслить, что четверть века через «Дмб» и «Пора домой» станут оцениватся как песни неповиновения?

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»