Рецензия на книгу Кэти Спринкел «Тейлор Свифт. Икона мировой музыки»: Глянцевая книга

2025, АСТ.

Критика: 7 из 10.

У книги есть незаметный, не вынесенный на обложку название «Only for Swifties», который значительное объясняет. «Свифтис» - так именуют себя поклонники Тейлор Свифт, а мысль «Только для Свифтис» очень точно оприделяет целевую аудиторию книжки. Тем, кто желает разузнать ответ на сакраментальный вопрос «да кто эдакая эта ваша Тейлор Свифт», издание покажется очень приглаженным и лестным. Нет, какие-то сведения о жизни и творчестве Тей из книжки извлечь можно, но есть ощущение, что абсолютная влюбленность к исполнительнице – практически важное условие для получения от книжки наслаждения. Если же у вас не влюбленность, а интерес к её парадоксу, то придётся пообождать иной книжки – с больше беспристрастным и, если не опасным, то хотя бы чуток ироничным глазами на Тейлор Свифт (представляется, она ещё не намарана).

Хотя, вовлечённые поклонники также навряд ли наступят в ликование, поскольку все описанные документация они и так знают. Книжка направится скорее молодым вздыхателям, которые и все эпитеты воспримут за чистую монету, и радостной вёрстке возрадуются. По текстуре издание напоминает глянцевитый журнальчик – много прекрасных фото красивой Тей, различные вставки с историями сотворения песен и высказываниями героини, ослабленное число текста. Если голова про детство Тейлор Свифт немного похоже на наращенную версию заметки в Википедии, то будущие области живописуют певицу в многообразных ипостасях: «Создатель», «Фаворит», «Рационализатор», «Деятель», «Наилучшая подружка», «Защита компании», «Инфлюенсер», «Законотворец мод», «Достигатор». Про креативные методы – достаточно интересно, про смену жанров также неплохо, но некоторые главки смотрят по коннотационному содержанию пустоватыми, даже если учесть, что все они не очень длинные. Бойфренды Тейлор упоминаются мимоходом, хотя в голове «Достигатор» рядом с перечнем наград список романических побед артистки виделся бы благородно. Хотя, в этом была бы драматичность, а её-то, как мы запомним, в эту книжку решили не пускать.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»