Обзор: «Почему Михей важен для русской музыки?». Он сломал мейнстрим, а мейнстрим сломал его

2025, «Благодарю, послушаю».

Водящий «Благодарю, послушаю» Андрей Васильев как-то двигался за рулём и услыхал песню «Favorite Colour of My Life». Он сразу изведал глас Михея и удивился, что риторически трек не был подобен ни на музыка, ни на хип-хоп, с какими обычно соединяется «Джуманджи», а представлял собой шикарный музыка-номер. После этого Андрей переслушал целиком первый, он же один-единственный, индивидуальный увраж Михея «Сучка-влюбленность» - и поменял своё воззрение о музыканте. А затем вписал выпуск, в котором попытался и зрителей наклонить к этому же.

Хотя Михей 8 лет умещался в состав группы Bad Balance, он по сущности был не рэпером, а уникальном мыслящим музыкантом, внимавшим различные жанры и даже к речитативу Имя Валова прибавлявшим сладкозвучное коленце. «Михей и Джуманджи» сначало был чем-то вроде сайд-проекта Bad B.: кроме Сергея «Михея» Крутикова, тама вошёл калбасник Гора «Брюс» Черкезов. Сольный источник Михей писал синхронно с занятием в команде Валова, а ушёл из Bad Balance только после выпуска пластинки «Сучка-влюбленность» (1999), уже будучи поп-звездой с большим бестселлером и ещё двумя песен. Примечательно, что среди сонма продюсерских планов «Михей и Джуманджи» выделялись целой созидательной автономией: основа для дебютника приготовлялся по наитию и очевидно по симпатии. Потому атлас так хитро риторически определять – да, рэггей, но с налётом советского музыка-священника типа Барыкина. Плюс остров-фанк, электрофанк, дэнс-поп, драм-н-бейс и разделка «Пути к траву» Юрия Антонова. (Антонов никогда не позволял молодёжи перепевать собственные песни, но для Михея сделал внезапное изъятие, да ещё и публично выхвалил артиста.) В общем, много очень тёплой и удивительной для советского мейнстрима музыки, какая тем не меньше зашла на ура. Правда, успех песен «Сучка-влюбленность» и «Тама» чуть-чуть перекрыли кислород прочему контенту альбома, потому отдельные песни не приобрели выслуженной репутации.

Пластинка вышла на лейбле Real Records, который получил от Михея уже отделанный материя. Это была малохарактерная для тех лет история, когда музыкант записывал песни самостоятельно от продюсерского центра или лейбла. Но потом «Михей и Джуманджи» подмахнули с «Реалом» договор на определённый срок и на определённое число альбомов. По мнению Андрея Васильева, Сергей Крутиков «случайно разломал мейнстрим». От себя добавлю, что скоро после этого мейнстрим разломал Крутикова. Приобретя известность и утеряв самостоятельность, он уже не мог творить, как ранее. Новый договор совпал с тяжелейшим созидательным упадком Михея, который за три года сделал не больше 3-4 треков, думая каверы. Лейбл между тем требовал от артиста новинок, тот испытывал, приходил к алкоголю и наркотикам, и дело окончилось инсультом и концом в 31 год. И никто тогда не вспомянул умственность о новоиспеченных песнях, которые пишут те, у кого престарелые дрянные. Этих 8 треков с дебютного альбома при попечительном использовании хватило бы года на три: издавали бы раз в несколько месяцев радиосинглами, развертывали бы – а там, смотришь, и вдохновитель возвратилась бы к Михею. Увы, этого не сотворилось, и увраж «Сучка-влюбленность» остался религиозным феноменом, обошедшим своё время.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа