Обзор: «Вот это голос: звучат совсем не так, как выглядят»

Реакция аудитории оказалась настолько живой, что создатели Nadine Talks решили не останавливаться на одном выпуске, а продолжить разговор о том, как внешность артиста порой вступает в противоречие с его тембром. Вторая часть подборки объединила восемь вокалистов, чей голос, казалось бы, не соответствовал сценическому амплуа. Едва ли не единственным исключением стал Том Уэйтс: его изношенный облик и хриплый, словно пропитанный табаком, голос воспринимались как единое целое. Однако в молодые годы музыкант пел заметно выше и лишь слегка подхрипывал, а внешне напоминал типичного аспиранта-филолога. Специально над такой манерой он не работал — утрированная хрипотца возникла из-за пристрастия к алкоголю, и к началу 1990-х Уэйтс подошёл вплотную к тому, чтобы окончательно спиться. С тех пор он уже более тридцати лет держится в трезвости, но голос так и остался «проспиртованным». Заметим, что сам Уэйтс за десятилетия превратился в культовую фигуру американской музыки, а его ранние записи 1970-х сегодня считаются классикой жанра.

Схожую эволюцию пережил француз Гару. Обладая романтичной голубоглазой внешностью, он хрипел и срывался на крик в собственной блюзовой группе, а позже — в мюзикле «Notre Dame de Paris», где ему досталась партия Квазимодо. Чтобы вжиться в образ, певец тоже пил без меры и в какой-то момент едва не потерял голос. Вокал спасли занятия с педагогом: Гару пришлось заново осваивать управление собственным тембром. Кстати, этот мюзикл, созданный композитором Риккардо Коччанте и поэтом Люком Пламондоном, вошёл в число самых успешных французских постановок конца 1990-х и вывел на мировую сцену целое созвездие исполнителей.

Когда публика предложила кандидатуру Томаса Андерса, Надин поначалу удивилась: с детства она знала, что поёт мужчина, пусть и с андрогинным тембром. Но в 1980-е и такой голос, и такой образ производили на советскую аудиторию куда более сильное впечатление — что это за мужчина с накрашенными губами и вьющимися волосами до плеч? Хотя Андерс демонстрировал публике любимых жён, в конце концов он состриг кудри, набрал вес и превратился в «скуфа», однако его ещё долго подозревали в нетрадиционной ориентации — чему, как ни странно, нежный тембр полностью соответствовал. В итоге внешность артист изменил, а голос остался прежним: в немецком шоу «Маска» его мгновенно узнали даже в костюме черепахи-пирата. Добавим, что Томас Андерс прославился как солист дуэта Modern Talking — одного из самых коммерчески успешных проектов в истории европейской поп-музыки, чьи хиты возглавляли чарты по всему миру.

Огромный гаваец с звучной фамилией Израэль Камакавивооле пел нежным джазовым голосом, а юная брюнетка Танита Тикарам — низким, депрессивным и по-взрослому глубоким. Стоит вспомнить и природное контральто Ирины Забияки: выяснилось, что певица просто не слышит высоких частот, поэтому говорит и поёт столь необычно. Танита Тикарам свой «тёмный» вокал выработала ещё в детстве: она читала книги вслух, записывала собственный голос и старалась петь в тональности мужчин-исполнителей. Манера сложилась случайно, но менять её артистка смысла не видит. Ким Петерсен, известный под псевдонимом Кинг Даймонд, тоже сыграл на контрасте: от плотного металлиста с мрачным макияжем публика никак не ожидала «вокала Микки-Мауса», однако его фальцет, надо признать, звучит блестяще. К слову, Кинг Даймонд получил мировую известность благодаря сотрудничеству с группой Mercyful Fate и сольным работам, став одним из самых узнаваемых голосов скандинавской метал-сцены.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа